14.10.2014

Стационариум. Дневник несостоявшегося психа

Автор: Дмитрий Кураш

День 1-4

Мне приходилось бывать в разных ролях, в этот раз я облачен в сомнительное одеяние потенциально психологически нездорового человека. Система ведь какова – вы думаете иначе, мы не против, но извольте две недельки в психоневрологическом диспансере, как говорится, а вдруг. Конечно же, виной всему этому счастью любимый военкомат. Тут отлично, выходить можно только на час, гулять строго по территории, в 22.00 будьте любезны все отключить и захотеть спать, а жизнь измеряется несколькими периодами:
завтрак – обед: в это время можно почитать или сдать очередной анализ, все настолько продумано, что сначала у вас берут кровь для военкомата в поликлинике, да-да, кровь берут из пальца, а потом вероятно пытаются найти в крови бактерию инакомыслия уже непосредственно в диспансере, анализ мочи и кровь из вены в качестве приятного бонуса;
обед- ужин: в это счастливое время входит святая святых – тихий час, в это сакральное время покидать пределы учреждения здравоохранения запрещается;
ужин – сон: после крайне странного раннего ужина, примерно в 17.30, предоставляется полное развлечений вечернее времечко, отличающееся от прочего лишь тем, что за окном темнеет и включают свет, а в 22.00 все отключается и вовсе, в 22.15 уже спит большинство, а к 23.30 на всю палату уже слышен неимоверный храп, кто не успел, тот засыпает под храп.

Условия великолепные! В палате 10 дышащих и пахнущих молодых людей, это восторг!

Из развлечений, электронная книга, адекватно можно читать в первой половине дня, потом становится мало света, ноутбук, без интернета (!!!), потому удовольствия не столько и … самое любимое – редкие визиты к врачам. На данный момент, а я здесь пробыл счастливых четыре дня, я был у двух врачей: наблюдающий меня врач и психолог. Строгий, говорящий на белорусском языке, седой мужчина преклонного возраста — мой наблюдающий врач, общается со мной как с полоумным, а на втором визите, пока их столько и было, задал мне только один вопрос и отправил обратно. Первое же знакомство было экскурсом в мою личную жизнь с многочисленными вопросами о том, с кем я сплю, как сплю, что люблю, чем болел, сколько пью и вообще, настойчиво пытались выяснить что же я за фрукт! Медсестры те еще сволочи, а в дверях предусмотрено большое окно, чтобы с коридора можно было наблюдать за всем происходящим, а после доложить врачу.
Психолог тот вообще не оправдал ожиданий, проверил способность к запоминанию, внимательноcти, попросил разложить цветные прямоугольники исходя из предпочтений и было бы уж совсем скучно, но на помощь пришел чудо тест на 400 вопросов, с такими шедеврами как: «я считаю, что женщина в половом отношении должна иметь такую же свободу, как и мужчина», «нравится ли вам армия», «нравится ли вам потеть от волнения», «считаете ли вы, что справедливость восторжествует», я несколько перефразировал, но суть передал, вопрос про женщин указан дословно, ну и чтобы подловить нас на лжи и обмане, в тесте проявлена смекалка, вопросы повторяются только в разных интерпретациях, я заполнил его с удовольствием.
Моя главная проблема, что я, как любой здравомыслящий человек, считаю армию стадом баранов и совершенно не собираюсь тратить столь значимое для меня время на подчинение тупым устоям, совершенно не готов выполнять приказы от этих пьянчужек, да и вообще, я имею такое странное свойство думать, куда мне в систему полного подчинения.

День 5

В этот чудесный день я почувствовал себя вновь подростком. Мой пятый день выпал на выходной – субботу, а от постоянного безделья все больше хочется действий. Благодаря стечению обстоятельств, по тем же причинам, что и я, на соседнюю кровать приземлился мой знакомый, сообщник то бишь, потому убиваясь скукой и мыслью, что сегодня все-таки  суббота, мы решили попить пива, да, согласен, для молодого человека моего возраста это вполне нормальная ситуация, но … вспоминаем про час, ведь именно столько времени у меня есть на прогулку, после чего мне нужно вернуться, отметиться вернувшимся и снова отметиться, как вышедшим на прогулку, употребление чего-либо строго запрещено, я чувствовал себя преступником, приходилось задерживать дыхание, чтобы, цитирую шестнадцатилетний возраст, «не просекли», такая милота.

День 6

Крайне познавательный день, за него я узнал, что вполне себе отлично играть за Альянс в Warcraft и могу теперь обыграть слабого компьютера или даже несколько, так себе достижение, но все же. Полное безделье затягивает, выходить на прогулку совсем уже нет никакого желания: холодно стало, да и что делать в этих окрестностях, когда у тебя только один час! К моему восторгу, гражданин, храпящий так, что слышно даже в наушниках со средним уровнем звука, начал еще и чавкать с присущей своей личности громкостью.
Тут не так плохо, некоторое лечение здесь я все-таки получаю, называется сие оздоровление – трудовая терапия, название просто восторг, суть такова: по этажу назначаются дежурные палаты, которые в зависимости от графика выполняют простые задачи: поднять еду на этаж (ее готовят в другом месте и привозят на всю больницу), погрузить грязное белье, вынести или занести мебель в кабинет и в этом конечно нет ничего зазорного, но назвать это «трудовой терапией», уверен, в этом отделении пропал гуру нейминга, как маркетолог, я оплакиваю нераскрывшийся талант.
Кажется, я так и не рассказал, как же я сюда попал. Понятно, причиной является полное нежелание служить в армии, по естественным причинам — армия стадо тюленей, мне адекватно жаль года своей жизни на пребывания в системе, противником которой я являюсь, но … все это не является причиной для спокойного пребывания на гражданке, потому приходится исхитрятся и проявлять смекалку, для начала: никто вообще не заинтересован вас слушать и с вами говорить, если вы промедлили и сами не начали рассказывать о своих индивидуальностях, быть вам в сапогах. Потому мне пришлось открыто заявить о собственной осенней хандре, привычной для меня в это время, как о постоянно повторяющейся депрессии, рассказать о проблемах со сном, у кого их нет, затравить врачам о сложности общения с людьми, но тут я не соврал, правда выражается у меня все это иначе, здесь же это подтверждается только так: говоришь с кем-то – все нормально и нечего жаловаться, если молчишь и смотришь в стенку – значит ты просто очень не хочешь в армию. При всем при этом весь персонал наблюдает и докладывает врачу. Я посмотрел с соседом фильм, а через день на приеме у меня спросили про этот случай, поневоле становишься параноиком.

День 7

Вы когда-нибудь встречали в фильмах повторяющиеся компании? Не те, заставка которых появляются в самом начале фильма, а те, что идут следом, мега-шмега релоад пикчерз совместно с че-то там еще имаджинэйшн, есть соображение, что для каждого фильма придумывают новое сочетание слов, добавляя ко всему этому «пикчерз».
Пробыв целый день в палате, к вечеру я узнал, что погода дождливая.
Появилось новое развлечение – смотреть ночью ужастики. Весьма интересное занятие. Антураж создает пребывание в психоневрологическом диспансере, конечно, здесь нет кричащих крайне опасных психов за решетками, но кому это нужно для антуража. Особое впечатление после просмотра фильма про изгнание демонов получаешь от вида абсолютно пустого длинного больничного коридора с тусклым светом. Ночь, полная тишина, тусклый свет едва заметный в окне двери и сеанс экзорцизма – отличное сочетание!

День 8

Даже не знаю, как обозвать данное явление, но в больнице обычно случается так – никто не приезжает к тебе день за днем, чтобы равномерно развеять твою скуку, а все сговорившись скопом навещают в один день, а потом снова никого, один одинешенек, позабыт позаброшен. Так случилось и в этот день. Потому у меня появились новые радости, во-первых, хорошее кино, знаете ли, среди находящихся на стационаре людей, преобладает пристрастие к боевикам, фэнтэзи и прочему всему, что меня никоем образом не интересует. Спасительный кинематограф был послан мне свыше как раз в тот момент, когда начинали заканчиваться даже самые сомнительные по своей интеллектуальной нагрузке фильмы, во-вторых, радость появления новой игры, правда, счастье длилось не долго, игра не пошла, се ля ви.
В список бесполезных посещений добавился визит к терапевту, которая, чтобы хоть как-то придать смысл моему посещению виртуозно через байку измерила мне пульс. Визит к наблюдающему врачу был по обыкновению немногословен: — Что-нибудь болит, жалобы есть? – Нет – Свободен
В этот день убедился в сакральной силе тихого часа. Время столь важное, что запрещается даже пить чай — на время дневного отдыха чайник прячут, двери закрывают, всем спать, блять.
Знаете, уже который день меня все мучают цифры. Может, все потому, что в дипломе через дефис у меня обозначено «экономист», не знаю, но вот что мне приходит в голову: на мое содержание по самым скромным моим предположениям, беру все навскидку, наугад, государство тратит 200 тыс. белорусских рублей, таких как я в отделении около 10 человек, в результате простого математического действия получается 2 млн. тех же белорусских рублей. И вот каждый раз я начинаю думать, а на что же можно было бы потратить эти деньги. Например, этой суммы вполне хватит, чтобы все отделение обеспечить бесплатным доступом в интернет, возможности месячной суммы в 60 млн. намного больше и из этого гадюшника мало по малу можно было бы сделать приличное место для оздоровления.

День 9

День без развлечений. Ни тебе визита к врачу, ни тебе глупого осмотра, кроме как активными трудовыми действиями, связанными с подъемом еды, выгрузкой грязного постельного белья и подъемом нового, сие заведение меня не озадачило. 
Настроение начинает постепенно покидать и приходит невероятная скука, потому что изо дня в день вот уже больше недели я не совершаю ничего для себя интересного или совершаю это в некомфортных условиях: мне не очень-то хочется объяснять здешней публике, что фильм о том, как взрослые немки снимают негров в Кении, да еще в картине приличное количество весьма откровенных сцен, не то, чтобы это меня очень волнует, просто мне это не нравится. Чтобы не бесцельно прогуливаться по окрестностям, я решил выбраться в центр и посетить нужный мне магазин, оказавшись в милом мне центре города и направляясь уже к диспансеру, в сторону обратную от дома, мне с каждым шагом все сильнее хотелось развернуться и пойти туда, где все мое, где все привычно и вполне мне понятно.
Колорит нашей палаты – решетки на окнах, мой фаворит в описании общей обстановки в диспансере, финальный штрих всего этого шедевра.
Люди здесь радуют, сегодня мужчина старше сорока стал у двери в столовую и не давал девушке выйти, улыбаясь и пытаясь с ней заигрывать. Явно недовольная таким вниманием, тем более ей нужно было отправляться на процедуру, девушка проявляла свое негодование, мужчина же, после того, как ее отпустил, победно посмотрел на своих соседей по палате и отпустил что-то наподобие: — Шалунья, все еще впереди, это конечно не точно и вообще никак не похоже на сказанное, но смысл я постарался передать как можно точнее. Вот это флирт! Я уже даже подумываю записаться к нему на курсы.
Я раскусил систему общения с обслуживающим персоналом – сначала, нужно выслушать, почему тебе нельзя выпить чаю после 21.00 (до этого времени по распорядку положена горячая вода), потом ты делаешь невинное лицо, врубаешь рядового Швейка, говоришь пожалуйста и после томительного ожидания, получаешь барское разрешение получить горячую воду. В иных случаях, необходимо сменить тактику и начать нагло ругаться в ответ, такой тип поведения тоже засчитывается и принимается, называется нахальным конкретно в момент, после легко забывается.

День 10

Лень все-таки вечное явление. Я настолько привык уже к полному бездействию, что пробыв всю первую половину дня на свежем воздухе, вернувшись к обеду, я даже почувствовал усталость и с большим удовольствием завалился на кровать, обленился в конец. Еда уже осточертела и порой она вообще несъедобна, потому сегодня я отказался от ужина, просто его было невозможно есть. Палата в своем темпе превращается в сборище психов, все настолько здесь не знают, что делать, что любые активные действия, подчеркиваю, любые, привлекают внимание и имеют отклик, все начинают участвовать, так, в момент когда мой сосед начал имитировать танец, кто-то включил ему музыку, кто-то добавил светомузыки при помощи вспышки телефона, начался движ, психи. Все чаще начинаем пить пиво, ну как бы а что еще делать, тут тебе и возможность отвлечься, расслабиться, здесь же и экстрим.

День 11

Встречаются здесь весьма специфические ребята, выписался один парень, как выяснилось, косил с энурезом, при этом можно смело утверждать, что заболевания у него нет. Чудак просыпался каждое утро первым, исхитрялся каким-то способом обмочить простынь, только простынь, все остальное чудесным образом оставалось сухим, потом быстренько все перестилал и как ни в чем не бывало ждал когда все мы проснемся, партизанских кровей человек, если бы не рассказали, я бы никогда и не догадался, чего не сделаешь, чтобы не служить в армии.
Стал замечать, что подобный бездеятельный образ жизни постепенно начал затягивать, все меньше хочется ходить на прогулки или вообще хоть как-то себя напрягать, уже после часовой прогулки хочется полежать. Все сложнее становится уснуть, нарастает усталость, но это все равно не позволяет сомкнуть глаз хотя бы к 12 часам ночи. К тому же, безжалостный Вован, чей храп раздается с неимоверной мощью в палате, считает своим долгом всех разбудить на завтрак, самый настоящий нарушитель человеческого сна.
Произошел контакт с местными, теми, кто пребывает здесь на лечении, приобрел ценную информацию о весьма любопытном совмещении таблеток, прописываемых здесь, с алкоголем, как я жил без этих знаний до этого, понятия не имею. Если о грустном, то вполне спокойного человека, так сильно раздражает собственная мама, что это доводит до неврозов, срывов и необходимости лежать на лечении, пить антидепрессанты и прочую дрянь. Отсюда вопрос: стоит ли рожать детей, чтобы потом над ними издеваться, можно просто завести себе собаку или кота и там уже отрываться по полной, с человеком ведь побольше проблем, тут тебе и ответить с возрастом могут, да и социальная, регулируемая на законодательном уровне, ответственность, собака или кот многим лучше для таких целей.

День 12

Время не остановить, раньше на баше я читал курьезы из студенческой жизни и шутки про программистов, теперь же там все больше срача по поводу кто какие намеки делает, кто их не понимает и много жалоб на то, что я такая милая прекрасная-распрекрасная, а меня никто не любит, а он ей, я же хороший, добрый, отзывчивый, ходят ищут друг друга оставляя анонимные посты. Истории студенческой жизни все чаще сменяются историями с детьми, мужьями, тещей и другой родней, давно меня на баше не было, конечно.
Сегодня был такой ужин, что мы решили вместо него пойти в пиццерию, наконец-то, долгожданный виски ну и пицца конечно. Раздосадованные рано закончившейся субботой, без даже малейшего намека на сон, мы начали переговариваться, в палате начал подниматься гул, который со временем перетек в сильный рогот, так и проржали всей палатой да часа ночи. Все очень напоминало те беззаботные времена в «пионерском лагере», когда палата шумит и постоянно приходит вожатая, вместо вожатой нас посещали дежурные медсестры, все уже отлежались, сколько можно, средний возраст в палате 20 лет, не может же молодой человек в этом возрасте 2 недели засыпать молча в 10 часов, особенно в субботу, этот гул и смех должны были случиться.
Одно из самых ярких впечатлений о пребывании в стационаре — это звук приближающего комара под неимоверный храп, такое тяжело просто так стереть из памяти. Маленькие кровопийцы отказываются уходить на покой и кусают по несколько раз за ночь, сволочи.

День 13

По системе ценностей, я был принят в прайд и в последний день своего здесь пребывания принимал участие в традиционном чаепитии в столовой. Тихо охуевал с намарафеченных двух собеседниц, просидев минут пятнадцать так и не понял, зачем же они так ярко и откровенно красятся в диспансере на лечении, впрочем, остальное мужское население это ни капли не смущало, приняв себя за странного, я покинул чаепитие. Весь день был проведен в унынии, час за часом возникал вопрос: — Что делать? Утро началось дождем и мыслью о том, что завтра уже домой!

День 14

Проснулся с главной мыслью: домой. Все время не сиделось на месте, хотелось покинуть это место и поскорее. Для того, чтобы выписаться, нужно пройти комиссию врачей, делающих заключение. Меня спрашивали о моем физическом состоянии, психологическом. Спрашивали почему я такой-сякой не хочу служить в армии, а как же родину защищать, пришлось все тщательно разжевывать: почему мне не интересны многие люди, почему я не хочу слепо приказы выполнять, почему, почему, почему. Легким облегчением оказалось отсутствие вопросов про личную жизнь, но все же меня посчитали ненормальным в том, что я не хочу завести себе супер счастливую семью, родить восьмерых детей и процветать. Комиссия всячески пыталась поймать меня на лжи. В итоге, было установлено наличие у меня расстройств адаптации, меня поставили на время военной обязанности, т.е. до того момента, пока мне не выдадут военный билет, на учет в диспансере и обязали раз в полгода приезжать на обследование. А я вот так и не понял, зачем меня держали две недели, если о моих убеждениях можно было бы узнать за час разговора. Быть может, они надеялись, что я изменю свое мнение?!