07.01.2019

Мужской клуб

Автор: Дмитрий Кураш

Современность дает нам прекрасную возможность наблюдать изменения в устройстве мужской идентичности, которые интенсивно происходят в настоящее время. Образы ковбоев, крутых героев боевиков и всяких Джеймсов Бондов, с легкостью и небрежностью побеждающих всех и вся, всё еще присутствуют в медийных образах мужчин, но все сильнее они разбавляются образами ботаников, очкариков, асексуальных хипстеров и других «новых мужчин».1 Соответствовать “настоящему мужчине” в первую очередь значит соответствовать тому кругу мужчин, которые тебя окружают. Быть допущенным в “мужской клуб” избранных большая привилегия и основная задача в социализации. Литературный критик Дэвид Леверенц доказывает, что «идеологии мужественности функционировали в первую очередь в зависимости от бдительного надзора мужчин, равных (по возрасту и положению), и мужского авторитета». Несмотря на тот факт, что критерии мужественности постоянно изменяются, необходимость соответствовать требованиям остается прежней и контролируется группами мужчин, находящихся с тобой в постоянной конфронтации. Когда я был в школе, таких групп было сразу несколько — это и более сильные одноклассники, которые определенно имели больший успех в классе, и будучи куда более сильными диктовали свои условия окружающим, также ими являлись старшеклассники, которые оказывали влияние на мужское поведение уже всей школы, оценивающей силой дома был отец, а во дворе чаще всего были провокаторы из неблагополучных семей, которые демонстрировали свою власть путем физических нападок. Каждой из этих групп нужно было постоянно доказывать свою состоятельность, демонстрируя силу и напористость, отвечая агрессией на агрессию, а в случае невозможности ответить физической силой, издевательства над собой необходимо было стоически переносить и в никоем случае не демонстрировать элементы слабости: не плакать и не ябедничать. Майкл Киммел в своей работе “Маскулинность как гомофобия: страх, стыд и молчание в конструировании гендерной идентичности” отмечает, что основной эмоцией в гомосоциальном спектакле является страх, и я с этим утверждением абсолютно согласен. Понятие страха включает в себя несколько измерений, это и прямой страх возможной физической расправы, также это и страх показаться слабым, что может привести к непринятию тебя в “мужской клуб”, задача, которая для мальчика кажется одной из самых важных в школьный период. С возрастом значение физической силы становится всё меньше, во-первых, с взрослением, мальчики становятся равными по силе, от чего решать проблемы кулаками и путем физической расправы становится сложнее, во-вторых, в клубе появляется все больше критериев для оценки достойных, мальчики понимают, что успех у девочек не всегда зависит от способности расправиться с кем-то. С добавление факторов, определяющих лидерство, иерархия в клубе только усложняется, остается лишь постоянное соперничество в каждом из аспектов жизни. Мужские отношения всегда были и остаются соревновательными и иерархическими.2 Дух соперничества включается в каждую из сфер, тем самым формируя цели и приоритеты, довлея над всеми другими аспектами существования. Любопытной чертой таких клубов является отсутствие определенного лидера, который бы диктовал условия, чаще в таких группах лидерство делится между несколькими и каждый имеет свою прочную роль непобедимого в важной для себя сфере. Можно даже сказать, что и эти лидеры никоим образом не могут в корне повлиять на ситуацию, потому что сжаты тисками восприятия их со стороны, они попросту не могут позволить себе совершить что угодно, что может ослабить их позиции. Шаткое положение каждого мальчика приводит к постоянной паранойе и чувству неуверенности в себе и своих силах, потому что в школе всегда присутствует кто-то, способный пошатнуть твои позиции лидера, уж точно таким человеком является отец или мать. Одинокие матери зачастую требуют от своих детей даже больше, чем отцы, что ставит мальчика в ситуацию полной уязвимости: у него нет отца, как живого примера, при этом ему необходимо соответствовать всем критериям, которые непрестанно требует от него мать.

Untitled © Mark Hartman. From the exhibition All That Man Is – Fashion and Masculinity Now

Другой тип “мужского клуба” — друзья. Данный клуб полностью подвержен всем тем же принципам лидерства и авторитета, разве что друзья собраны по интересам, правильным считается взаимное уважение и все роли четко распределены, в большинстве случаев каждый согласен со своей. Мы испытываем сами себя, совершаем героические подвиги, идем на непомерные риски, и все потому, что мы желаем получить от других признание нашей мужественности.2 Я снова вынужден согласиться, даже в условиях мнимого паритета дружбы, все взаимосвязи остаются соревновательными и иерархическими. Я хорошо помню, как мы с друзьями постоянно ходили гулять и неотъемлемой составляющей этих прогулок были соревнования, кто сделает что-то быстрее, лучше, рискованней. Если кто-то из нас совершал необдуманный поступок, другие сразу же бросались его повторить, а лучше сделать это рискованней и так, чтобы по итогу оказаться лучше всех. К слову, некоторые свои достижения я помню до сих пор и до сих пор испытываю чувство гордости за те свои достижения. С возрастом модель таких взаимоотношений меняется и после того, как мы начали зарабатывать, элементом соперничества стала купленная одежда, особенно важно было купить модные на то время кроссовки, чем дороже, тем лучше. Естественно, дороже эти кроссовки должны были быть по сравнению с кроссовками твоих друзей.

Мужское поведение основывается на унижении друг друга, большинство мужских групп, с которыми я сталкивался, считают оскорбление друг друга признаком близости и дружбы. Более того, такое на первый взгляд неуважительное поведение к близким считается признаком и явным показателем теплых дружеских чувств. Вторым обязательным аспектом взаимоотношений является сравнение с женщинами, что среди мужчин считается одним из главных оскорблений. В своей жизни я нашел очень много тому доказательств. Кошмар, от которого мы, кажется, никогда не избавимся, — кошмар, что другие мужчины заметят это ощущение неадекватности, заметят, что мы в наших собственных глазах не являемся теми, кем мы стремимся быть.2 При этом в каждой из групп “сохраняется извечная мужская потребность отличаться от женщин”3, оскорбление “как девочка” — одно из самых распространённых и обидных.

When Harry Met Dilara © Casper Sejersen. From the exhibition All That Man Is – Fashion and Masculinity Now

Постоянное пребывание в состоянии угнетенного и чувствуя каждый раз угрозы со стороны других, подобных себе, мужчинам, как мне кажется, от того и сложно принять теорию гендерного равенства. Я вспоминаю свой первый опыт и помню, что тогда самым сложным оказалось понять, что проблема ущемлённой позиции касается не только мужчин. Более ярко уже такую точку я услышал у одного из знакомых, который всячески мне доказывал, что именно женщины и без того правят миром, потому что они всегда и везде принимают решения. Можно предположить, что такое мнение формируется у мужчин по причине большего участия матери в воспитании ребенка, чем отца. Самый сложный этап моего становления был связан именно с отстаиванием собственных границ с матерью. Авторитет материнства никуда не уходит, а потому переварить и понять, что власть не у матери, которая диктовала, а очень часто, и диктует условия даже в жизни взрослого мужчины, очень сложно. Вторым аспектом мне видится сексуальная несостоятельность мужчин и вместе с тем постоянная фрустрация от невозможности заполучить ту или иную женщину. Мужчины не перестают хвастаться перед друг другом количеством своих партнерш, а также во многих компаниях их принято ещё и демонстрировать. Невозможность добиться желаемой женщины постоянно фрустирует мужчину, ставя его в ущемленную позицию, тем самым образуя иллюзию власти женщины. Давление мужских отношений сказывается и на женщинах, которые очень часто публично выступают с точкой зрения, что настоящих мужчин уже и нет вовсе, распространяется мнение о мужчине, как только лишь о кошельке. Безусловно, такое мнение и ощущение своей неспособности повлиять на обстоятельства ставит мужчину в позицию уязвленного, позицию, от которой он всю сознательную жизнь пытается избавиться, такое положение дел вынуждает его оборонять свои непреклонные, как ему кажется, принципы. Показательным в такой ситуации для меня является пост-ответ мужчины на женские нападки, автор очень резко и болезненно реагирует на ситуацию, сначала описывая распространённость заявлений: “Иногда я захожу в Инстаграмчик, чтобы посмотреть фоточки с жопами и сиськами. И вот, в новостной ленте, я случайно наткнулся на пост у какой-то молоденькой девочки лет 25, которая рассуждала о том, что мужчина дохуя должен, а женщина нихуя не должна. Она – Божество, над которым нужно трястись, оберегать и всячески исполнять все её прихоти. А если ты этого не делаешь, то ты не мужик, а кусок говна”. Данная выдержка хорошо демонстрирует нам отношение его к женщинам, мужчина является представителям группы мужчин, которые готовы отстаивать свои ценности, предположу, что он считает себя “настоящим мужчиной” и часто спускает свои взгляды на положение женщины в обществе. Отмечу также и потребительское отношение к женщинам. Важным в этой формулировке я вижу личную интерпретацию текста, автор поста акцентирует внимание на слове “не мужик”, тем самым демонстрируя свою позицию “я — мужик”, остро реагируя на любые посягательства на такое утверждение. Далее автор как бы демонстрирует “клубную карту”: “Я, конечно, не хочу включать тут мужскую солидарность и грудью вставать на защиту мужской половины населения”. Тем самым упрочив свою позицию и демонстрируя нам, что вот он — мужчина, и как этот мужчина со всем правами, к которым он привык, имеет полное право выразить свою единственно правильную точку зрения, выделяя себя из всех мужчин, как мужчина правильный: “Не отрицаю того, что среди нас есть откровенные куски говна. Равно, как и среди женщин есть редкостные суки и бляди”. Кроме большого количества острой критики к женщинам, я хочу выделить момент, который показывает нам, что мужчина чувствует себя уязвленным, а потому и так остро реагирует на вопрос: “Да нас с детства учат одному и тому же – женщин обижать нельзя. Женщины – это слабые создания. Женщин надо защищать, оберегать, холить и лелеять. Список могу продолжать до бесконечности, но суть ясна. И мы, сука, всю свою сознательную жизнь только и посвящаем тому, чтобы сначала горбатиться на работах, где нас психологически насилуют клиенты, начальники, подчиненные и просто всякие долбоебы вокруг. А потом приходим домой, ублажаем вас и обхаживаем всеми возможными и невозможными способами. А что мы получаем взамен? Указания о том, что мы должны, а что не должны. Мы попадаем под артиллерийский обстрел из упреков со словами – «Ты не досмотрел», «Ты не додумался», «Ты недооценил», «Ты не долюбил», «Ты мало делаешь для меня» и так далее”. Такая реакция часто встречается и на бытовом уровне, где мнение женщины девальвируется с целью подчеркнуть важность мнения мужчины.

From the series Two Figures In A Room © Katie Burdon. From the series Embracing Diversity

Соперничество мужчин обязано иметь измеримые показатели: количество это женщин, размер зарплаты или размер пениса, но обязательно должен существовать параметр, по которому один из них будет иметь лидерские позиции. Совершенно нет необходимости изучать труды Фрейда, чтобы понять, что половой член для мужчины имеет огромное значение. Мужское лидерство очень часто на прямую или косвенно связано именно с этим органом. Все мужчины знают размер своего достоинства. В детстве у меня был одноклассник, который при любой возможности рассказывал во всех подробностях размеры своего члена, предполагаю, значительно преувеличивая. Вспоминая те его рассказы, я в первую очередь говорю о внутреннем ощущении неполноценности в тот момент. Большой член — крайне важный атрибут мужской полноценности и состоятельности, в последствии к этому атрибуту добавлялась и половая жизнь, начать которую было чуть ли не самой важной целью подросткового возраста. Примечательно, что подобные комплексы с возрастом никуда не уходят, практически каждый мужчина сравнил размеры своего полового органа со среднестатистическими показателями. Как женщины, которые постоянно живут в условиях идеалов женской красоты, мужчина живет в норме размера своего полового члена. Постоянная нагрузка на психику заставляет мужчин рисковать своим здоровьем и ложиться под нож, соглашаясь на операции по увеличению пениса.4 Сама по себе формулировка “мужское достоинство” говорит нам о том, что у мужчин к своем детородному органу отношение особенное.

A NEW AMERICAN IDENTITY BY STEPHEN MEDEIROS

Карта “клуба мужчин” никогда и никому не выдается, просто ты либо внутри и играешь по сложившимся правилам, либо становишься объектом издевательств и физических нападок, правда, причастность к такому клубу никоим образом не спасает от возможных нападок внутри клуба. В каждом из таких “клубов” я встречал следующие критерии, по которым можно было утвердить свою позицию:

  1. Физическая сила;
  2. Финансовая состоятельность;
  3. Спортивные достижения;
  4. Сексуальная успешность.

Каждый из этих критериев я наблюдал в любой группе мужчин, независимо от их социального статуса и возраста, с возрастом менялись лишь значимость и способы выражения. Каждая из этих сфер дает мужчине чувство превосходства НАД, и совершенно неважно над кем именно. Быть лучше — основная движущая сила в самовыражении, возможность находится в позиции силы — основная причина, побуждающая мужчин к действию, предоставляющая им одновременно возможность влиять на ситуацию, и ставящая их в вечную необходимость соревноваться всегда и со всеми, достигать идеала, которого невозможно достичь.

  1. Ирина Костерина “Ботаники» против Джеймса Бонда: некоторые тренды современной маскулинности”.
  2. Майкл Киммел “Маскулинность как гомофобия: страх, стыд и молчание в конструировании гендерной идентичности”.
  3. Игорь Кон “Меняющиеся мужчины в изменяющемся мире. Маскулинность как история.
  4. https://kyky.org/sex/ya-sdelal-tri-operatsii-po-uvelicheniyu-penisa-kak-gonka-vooruzheniy-delaet-muzhchin-neschastnymi